Иван Купала

Иван Купала

Иванов день - 7 июля (24 июня по старому стилю), у восточнославянских народов Иван Купала, или просто Купала, широко отмечался всеми европейскими народами. О значении, придававшемся ему, свидетельствует хотя бы то, что во Франции ивановский костер зажигал сам король. У всех европейских народов основные элементы ивановского ритуала были одни и те же, что свидетельствует об его весьма древней основе. Повсюду праздник справлялся ночью, обязательно жгли костры, пели и плясали вокруг них, прыгали через них, купались или обливались водой, плели венки, собирали травы. Новое же название (Иванов, Янов день) этот древний праздник получил с распространением христианства, когда он был приурочен к дню Иоанна Крестителя.

Как крупнейший праздник, почитался день 24 июня и у предков восточнославянских народов. На сосуде-календаре IV в. «из земли полян» так же, как и на ритуальном сосуде из Малаешты, этот день выделен особо — двумя крестами (после идет громовой знак — день Перуна — Ильи Пророка и затем следуют атрибуты жатвы).

Древние русские церковные проповедники, ополчавшиеся на дохристианские «бесовские» обряды и игрища, чаще других праздников упоминали именно Купалу. При этом все называли одни и те же основные элементы празднества.

Составитель Густынской летописи (XVI в.), давший краткое описание славянских языческих божеств и обрядов, характеризовал Купалу как бога обилия («яко же у еллин Церес»), а совершавшиеся в этот день игрища описал так: «Сему Купалу-бесу еще и доныне по некоих странах безумный память совершают, наченше июня 23 дня в навечерие рождества Иоанна Предтечи даже до жатвы и далей сицевым образом: с вечера собираются простая чадь обоего пола и соплетают себе венцы из ядомого зелия или корения и препоясавшеся былием возгнетают огнь; инде же поставляют зеленую ветвь и, емшеся за руце около, обращаются окрест оного огня, поюще свои песни, преплетающе Купалом; потом через оный огонь прескакуют».

В свидетельствах о Купале постоянно отмечается массовый характер празднества — на игрища шел весь народ. Иван Купала отмечался в день летнего солнцеворота, когда солнце достигало своего апогея; самый длинный день в году и самая короткая ночь.

Природа в это время достигала наивысшего расцвета, начиналось созревание плодов, для земледельцев наступал самый важный момент их производственной деятельности — жатва. Все это и определило характер купальской обрядности.

Некоторые поверья, относимые к Иванову дню, связаны с солнцем. Считалось, что в этот день солнце при восходе играет — переливается всеми цветами радуги, скачет, погружается в воду (купается) и снова появляется.

Рассказывали и о чудесных явлениях, происходивших в ивановскую ночь с растениями. Широко бытовало поверье, что деревья в эту ночь разговаривают и даже переходят с места на место.

Цветок папоротника

Утверждали, что в эту ночь расцветает чудесным огненным цветком папоротник, и счастливцу, сумевшему достать цветок, откроются все клады, он будет сильным, будет понимать язык животных и птиц и пр.

Выделение растительности, наделение ее в ивановскую ночь чудесными свойствами было, конечно, связано с тем, что это был период ее наивысшего расцвета, цветения. Именно поэтому днем или вечером под Ивана Купала собирали повсюду травы — целебные и чародейные — для ворожбы.

На Украине важное место в празднике Ивана Купалы занимало обрядовое дерево, оно было центром, вокруг которого совершались основные действа. Дерево срубали накануне праздника. Чаще всего брали черноклен, иногда березу, вербу. Дерево украшали венками и цветами, позже на него вешали также разноцветные ленточки, иногда даже свечи. Купальское дерево на Украине называли Мораной (Мареной, Марой), т. е. именем древнеславянского мифологического персонажа, олицетворявшего смерть, зиму.

Костер на Ивана Купалу

На Ивана Купалу раскладывали костер — обязательная и несомненно исконная принадлежность ивановской ночи. Кострам этим были присущи все характерные особенности огней, зажигавшихся в честь солнца русскими на масленицу, европейскими народами в Иванову ночь. Их раскладывали обычно на высоком месте, иногда в середину их втыкали шест с надетым на него колесом (солярный знак), которое поджигали, или надевали на шест горящую солому. Все это — явные пережитки солярного культа. Разжигались купальские костры в старину «древесным» огнем, полученным от трения.

Костры зажигали в честь солнца как его земное подобие. Но огонь издавна служил и средством очищения. Через костры перепрыгивали («скакали», как говорится в старинных источниках), чтобы очиститься перед началом жатвы. Перескакивание через костер рассматривалось и как средство апотропеической магии — чтобы быть здоровым, набраться сил. Позже это стало гаданием — девушки и парубки прыгали через костер парами, взявшись за руки; считали, что, если руки у них не разойдутся, они поженятся; то же, если вслед им полетят искры.

К очистительным обрядам принадлежало и купание. Распространено было поверье, что в этот день на заре купается солнце, поэтому воде приписывали особую силу.

Венки

Важным атрибутом праздника были венки. Они были на головах у девушек в продолжение всего игрища, а потом венки бросали в воду. По венкам гадали, иногда к ним прикрепляли зажженные свечи и пускали по воде, считали: чья свеча раньше потухнет, тот раньше умрет. Плывущие по воде огоньки представляли собой очень красочное зрелище. Иногда венки несли домой и вешали в сенях у дверей или затыкали в стрехи как обереги от нечисти. Венки хранили и использовали как целебное средство от болезней. Таким образом, венки использовались как оберег и как лекарство, но главным образом они служили для гадания.

В Иванову ночь на дверях и окнах домов и хлевов вешали крапиву или осину, над входом, иногда вбивали косу (чтобы ведьма порезалась), вешали на воротах борону и пр.